July 25th, 2015

Общество цирка.

Вот француз Ги Дебор считал, что современное обществ утратило наивность, непосредственность и превратилось в формальные, фетишизированные отношения, развивающиеся по законам спектакля в коммерческом театре, или в грубо-тоталитарном, но хрен редьки не слаще - всё равно субъект вынужден играть роль. И некуда деваться. Но почему бы и не посмотреть спектакль, удобно устроившись в театральном кресле, если актёры играют хорошо. А некоторые могут и поучаствовать, и не только в массовке.

Ну, во многом оно так и было.
Пока театр под названием СССР не закрылся. Или прикрыли. Или ещё каким-нибудь способом, но исчез.

Играть стало нечего - пьеса не написана.
Пытались постаются поставить старую пьесу под названием "Империя", да ничего не выходит. Это была - опера. А сейчас - голосов нет! Ни теноров, ни баритонов, ни, тем более, басов. Даже контр-ьеноров не нашли. В лучшем случае - противный фальцет, а в среднем - голосов нет!
Да и певцы пришли, как говорится, из другой оперы. В основном - из спецслужб. То есть - оперА. Каламбур.

Поэтому в России ввелён - цирк. В цирке - не роли, в цирке - откалывают номера. Причём часто - всерьёз. Можно убиться, выполняя спьто-мортале или упав из-под купола цирка, куда подняла судьба.

СМИ выступает в роли жоглёров. Работа требует квалификации. Если артист будет ронять подбрасываемые предметы, то впечатление будет смазано.

Избирательная система - это фокусники. Доходить до 107% "за" (того, кого надо). Ловкость рук и никакого мошенничества. Из шляпы, как кролика, достанут любого кадидата за уши.

Одно существенное отличие от спектакля, что в представлении участвуют дрессированные звери. Самые безобидные это - активисты-собачки. За внимание и подачку дрессировщика - выполняют смешные кульбиты.
Несчастный вид производят крупные непоаоротливые животные, которые вечно не знают - куда бежать. С них почти буквально дерут три шкуры.

Но самый эффектные звериные номера - это дрессированные хищники. Эти могут и укусить. Но бичём, эоектрошоком, пулями и подачками - их заставляют делать несложные номера, причём немного порычать поощряется - для воздействие на слабонервных и женщин среди публики.

Но наибольшего эффекта это общество достигло в искусстве клоунады. Причём ноу-хау в том, ч то в клоуны берут самых бездарных и пошлых субъектов, склонных к публичным садо-мазохистским псевдоюморным выходкам. То есть - участники этих номеров даже не первоплощаются в персонах - это они сами, просто им дади проявить себя во всей красе, И они - не подвели.

Есть ещё зрители. Во время антракта они ходят в буфет и туалет. Папе - коньяк, маме - кофе с пирожным, детям - мороженое. Аплодируют кордебалету из баб с голыми ногами - для оживляжу.

Однако подвинутая публика мечтает - о спектакле европейского типа. Да не тут то было. Голосов нет даже для мюзикла американского бродвейского типа. А для европейского театра абсурда нет ни пьес, ни режиссёров, ни актёров. Вот, у соседей, тоже цирк был, но поскромнее. Но ведь - захотелось европейского спектакля, типа - мы це эуропа! Подожгли свой цирк. Всё рухнуло. Директор смысла. Клоуны, согласно известному слогану, остались и приумножились. Звери разбежались по округе и перекусали и загрызли много зевак и обывателей....

Поэтому в России с тоской продолжают жить в обществе цирка. Дорого, бездарно, но пока буфет ещё функционирует и звери в клетках и накормлены.